Понедельник, 11.12.2017, 13:59Приветствую Вас Гость

Главная Модные Новости Доставка Книга отзывов Видео Партнерам
Бусы-колье
Серьги
Клипсы
Браслеты
Кольца
Комплекты
Броши
Пояса
Запонки
Зажимы для платков
Упаковка
Новинки
Аксессуары
Подарки
Мини-манекены
Свадебная коллекция

Корзина

Ваша корзина пуста

Форма Входа

Статистика
ОДРИ ХЕПБЕРН

РАЗБИТЫЕ МЕЧТЫ

Семейная трагедия


4 мая 1929 года в городе Иксель (коммуна Брюсселя) в семье ирландца Джозефа Виктора Хепбёрн-Растона и голландской аристократки, баронессы Эллы ван Хеемстра родилась дочь Одри, которой спустя некоторое время предстояло покорить мир своим талантом, обаянием и добротой.

Первые же дни жизни будущей мировой знаменитости ознаменовались бедой - у трехнедельной малышки случилась остановка сердца, вызванная приступом коклюша. Матери чудом удалось вернуть девочку к жизни.

Мать Одри, представительница семейства потомственных аристократов, была женщиной разносторонней - при всей своей набожности она была страстной и легко увлекающейся натурой. Так, будучи замужем за первым супругом, она без памяти влюбилась в человека на шестнадцать лет старше ее. Возлюбленного звали Джозеф Виктор Растон; чувства настолько поглотили баронессу, что она вскоре развелась со своим первым мужем и вышла замуж за Растона, у которого за душой не было и гроша. Зато он был невероятно хорош собой и пользовался успехом у женщин, но отныне всю свою нежность дарил только одной Элле, - этого для нее было достаточно.

Кем в действительности был и чем зарабатывал на жизнь будущий отец Одри, неизвестно. По одной из версий, Растон был родом из Австралии, так как он неплохо знал страны и острова Тихого океана. Наиболее ранний, подтвержденный документами факт из его биографии - упоминание имени Растона в списке министерства иностранных дел за 1923-1924 годы, где он числился почетным консулом в Сумаранге на Яве. Имеются также упоминания в нидерландском деловом спра¬вочнике о некоем финансовом советнике по имени Дж.В. Э. Растон.

Брак Эллы и Растона оказался недолговечным и несчастливым. Баронесса была женщиной скрытной, строгой и отдававшей предпочтение викторианскому стилю жизни. В семье нередко вспыхивали ссоры; когда малышке Одри было всего лишь шесть лет, Растон покинул семью, будучи уличенным в любовной связи с няней. Однако, по воспоминаниям современников, Одри всегда была по характеру ближе к добродушному отцу, нежели к строгой аристократке-матери.

Итак, девочке пришлось пережить расставание родителей. Это стало для нее настоящим потрясением. «На меня у отца и мамы времени почти не оставалось. Я запомнила, что ни¬кому не была нужна, и всю жизнь сомневалась, что может быть по-другому. Шоколад был моей единственной любовью, и он меня ни разу не предал», - так впоследствии отзывалась о своем детстве Одри Хепберн.

В далеком 1935 году, после ухода отца из семьи Одри осталась с матерью. Семья жила в Арнеме, Нидерланды. Здесь ее и застигла Вторая мировая война. В те времена Одри старалась не произносить английских слов, и ей пришлось поменять имя, чтобы избавиться от «налета англицизма». Отныне ее звали Эдда ван Хеемстра (это имя и сегодня ошибочно называют настоящим именем Одри Хепберн).

Девочка увлекалась рисованием и балетом, ей легко давалось изучение иностранных языков, а еще она любила читать - книги Киплинга были ее любимыми. В куклы Одри не играла, предпочитая возиться с животными и всячески заботиться о них. У малышки было две собаки -шотландский терьер и силихем-герьер. Она ласково называла их «мои черный и белый талисманы». Воспитанием дочери занималась Элла, которая пыталась привить девочке все добрые качества истинной христианки. Впрочем, в своем стремлении воспитать высоконравственную натуру, Элла частенько забывала о материнской любви и нежности, слишком рьяно пытаясь обучить свое чадо хорошим манерам.

Радости во время войны

Став знаменитостью, Одри не очень любила в интервью обсуждать свое детство, слишком уж тяжелым оно было: война, голод, холод, - всё пережитое в столь нежном возрасте, осталось в памяти девушки навсегда. Тем не менее, были в ее жизни и радости. Так, балет стал для Одри настоящей отдушиной. Она училась и танцевала, получая от этого подлинное удовольствие. Но Хепберн не желала быть посредственной балериной, ей нужны были не толь¬ко любовь зрителей, но и признание в высших кругах, и народная слава.

Май 1940 года принес в жизнь юной Одри приятную новость. В Арнем приехала с гастролями известная в те годы балетная группа «Сэдлерс-Уэллс балле», куда входили знаменитые Нинетт де Валуа и Марго Фонтейн. После представления Одри поднялась на сцену, чтобы вручить артисткам цветы, и ей даже удалось проскользнуть в гримерную, чтобы пообщаться с Марго Фонтейн. Позднее многие будут отмечать сходство этих женщин в умении преподнести себя и вести себя на людях. Не исключено, что Фонтейн стала для Одри неким идеалом совершенства, а возможно, просто произвела неизгладимое впечатление на юную девушку.

Увы, вскоре Элла исчерпала возможности платить за занятия дочери балетом, и Одри стала сама преподавать танцевальное искусство детям. Конечно, никакого инвентаря у нее не было, вместо перекладины использовался подоконник, а уж о достойных нарядах для учениц не было и речи. Собранные средства шли в основном на поддержание общества Сопротивления и лишь небольшая часть на пропитание семьи.

В сентябре 1944 года семья Хепберн вместе со всеми жителями Арнема была вынуждена покинуть город по приказу немецкого командования. Одри и ее близкие осели в Вельпе -деревушке близ Арнема, где находился особняк деда Одри. Здесь им предстояло провести несколько лет.

В ту голодную зиму множество людей умерло от истощения. Одри, как и все окружающие, голодала, - и это не могло не отразиться на развитии организма и самочувствии девушки. Постоянные лишения и недоедания привели к анемии и заболеваниям респираторной системы, что в дальнейшем вызывало приступы астмы. Чтобы не чувствовать голода, Одри взахлеб читала. Чтобы заработать хоть какие-то деньги, показывала балетные номера. Но и на эти гроши не всегда удавалось купить продуктов. К примеру, для приготовления пищи нередко брали луковицы тюльпанов. Из них получалась мука, которую впоследствии использовали для домашней выпечки.

4 мая 1945 года Одри описывала так: «Я подбежала к окну и увидела первые английские полки. Свобода пришла ко мне особенно - с запахом английского бензина и английских сигарет. Выбежав из дома навстречу солдатам, я вдохнула запах их бензина, словно это были драгоценные духи. Я сразу же попросила сигарету, хотя от нее чуть не умерла». А еще девушка попросила шоколадку, которую незамедлительно получила от одного из солдат. Пристрастие к табаку и шоколаду останется с Одри до конца ее жизни. После освобождения жите¬ли Нидерландов стали получать гуманитарную помощь. Одри рассказывала, что однажды заболела после того, как положила чересчур много сахара в кашу. Ослабевший после долгих лет голодания организм попросту не справился с такой нагрузкой. Однако вскоре Хепберн начала медленными, но верными шагами идти на поправку.

Полин Эвертс, жительница Арнема и современница Одри, вспоминала о временах после освобождения города: «Мать Одри очень любила проводить время с английскими офицерами. Одри это тоже очень нравилось. Помнится, в лесу был клуб под названием "Медная шляпа", и нас приглашали туда на танцы. Приглашали и Одри. Элла разрешала ей ходить туда, а я ее сопровождала. В то время ей было пятнадцать или шестнадцать лет. Те продукты, которыми ее снабжали английские офицеры, очень помогли выздоровлению девушки».

Итоги войны были для семьи Одри весьма печальными: дядю и одного из двоюродных братьев расстреляли, брата долгое время держали в концлагере. Мать Одри Элла упорно работала, чтобы собрать деньги на лечение дочери. После окончания войны в стране начали открываться рестораны, куда баронесса поставляла продукты. Когда Одри окрепла, средства вновь пошли на ее занятия танцами.

Вера в светлое будущее

В 1945 году Одри закончила обучение в консерватории Арнема по классу хореографии под руководством Виньи Маровой. Тогда же она приехала в Амстердам, где они с матерью устроились работать медсестрами в дом ветеранов. Соня Гаскелл давала Одри уроки балета с 1946 года. Два года спустя упорная ученица переехала в Лондон, где ее новой наставницей стала легендарная Мари Рамбер.

Рамбер, видя старания своей ученицы и восхищаясь ими, не преминула сообщить свое мнение о судьбе Одри в мире балета. По мнению педагога, Хепберн была слишком высокой - ее рост составлял примерно 1 м 70 см. Стать примой ей было не суждено, а вот балериной она могла стать вполне успешной. Одри отнеслась к словам наставницы вдумчиво и решила попробовать свои силы там, где могла прославиться и стать более востребованной, чем в балете. Так Одри Хепберн решила стать актрисой.

Прежде чем стать настоящей звездой, ей пришлось много работать и оттачивать актерские навыки. В начале карьеры Одри не было головокружительных предложений и высоких гонораров, как это бывало с другими актрисами. Так, первыми ролями будущей великой актрисы стали эпизоды в следующих фильмах: «Голландский за семь уроков» (1948); «Смех в раю» (1951); «Зернышко дикого овса» (1951); «Люди с лавандового холма» (1951); «Мы едем в Монте-Карло» (1951); «Рассказы молодых жен» (1951).

НИКОГДА НЕ СДАВАТЬСЯ

Война закончилась, и полуразрушенный мир начал восстанавливать силы. Одри, твердо решившей сделать карьеру в области драматического искусства, было в первое время весьма и весьма нелегко. Так, ей пришлось и поработать фотомоделью - она снималась для каталогов шляп, - и побыть переводчицей в туристической организации, и даже танцевать в лондонском клубе «Ciro», на Орандж-стрит.

Выбор между балетом и музыкальной сценой  Одри  сделала  раз  и  навсегда,  приняв участие в отборе на роль в кордебалете в лондонской постановке популярного бродвейского мюзикла «Сапожки на застежках». Она оказалась в числе десяти девушек, отобранных из трех тысяч желающих. И это послужило началом великолепной актерской карьеры. Следующей ступенькой стала роль в музыкальном ревю «Соус Тартар», где руководителем был Сесиль Лэндо, невероятно требовательный ко всем девушкам. «Он сказал однажды, что любой, кто хочет зарабатывать лишний шиллинг, может пойти в кабаре. И потому после "Соуса Тартар" в 11.30 ночи я шла в "Ciro", приходила туда к полуночи, гримировалась и участвовала в двух выходах. Оба - танцевальные. Мне платили 11 фунтов (31 доллар) за первый выход и 20 фунтов (56 долларов) за второй. Таким образом, в общей сложности я участвовала в восемнадцати представлениях в неделю и зарабатывала более 150 фунтов (420 долларов) в неделю. Я совершенно одурела от этого», - будет позже вспоминать Одри.

Успех надо заслужить

В конце концов, Хепберн была замечена - крупная компания «Ассошиэйтед Бритиш» предложила ей подписать контракт на несколько лет, и этот шанс девушка не упустила. Тогда начинающая актриса хваталась за любую работу, лишь бы не сидеть на месте.

В возрасте 22 лет она снялась в одной из главных ролей в фильме «Секретные люди». Что интересно, здесь Одри играла роль балерины. Сама актриса вспоминала, что сцены с танцами отнимали невероятно много сил, и ей хотелось, чтобы они поскорее закончились. А всё потому, что ее партнером был более профессиональный танцор Джон Филд. Фильм успеха у публики не имел. Но на Одри положила глаз голливудская компания «Парамаунт» - цитадель создания звезд. Однако актриса была связана контрактом с англичанами и впервые всерьез задумывалась о том, насколько дорога может быть свобода и независимость.

В «Ассошиэйтед Бритиш» совершенно не думали о предпочтениях зрителя. Но девушка упорно продолжала работать, причем съемки нового фильма «Мы едем в Монте-Карло» велись сразу на двух языках - английском и французском, фильм снимали в Монако. Одри приходилось переключаться с одного языка на другой, благо для нее это не было проблемой. «Нет такого языка, на который я смогла бы свободно перейти, не почувствовав усталость, потому что мне так и не удалось привыкнуть ни к одному из них. У меня нет родного языка», - говорила позже Хепберн.

В 1951 году Одри оставалось отработать еще в двух фильмах «Ассошиэйтед Бритиш», когда «Парамаунт» все-таки выкупил начинающую актрису за 100 тысяч фунтов (что сегодня равняется примерно 5 миллионам фунтов). Самой Одри выплатили две с половиной тысячи фунтов, что казалось ей по тем времена немыслимо большой суммой.

В том же году на Бродвее состоялась премьера пьесы «Жижи». Постановка была так успешна, что наверняка собирала бы полные залы еще много лет, если бы не закончилась спустя полгода после премьеры. Всего пьеса игралась более 200 раз! Журнал «Эсквайр» описывает игру Хепберн в «Жижи» так: «Она кричит, хлопает дверями, бегает. Но даже в самом сильном замешательстве она сохраняет поразительную ловкость и ни разу даже не цепляется за рампу. Она способна продемонстрировать вам такие гимнастические фигуры, которые по¬срамят любые легкоатлетические соревнования». Были и отрицательные отзывы, впрочем, не лишенные справедливости; так, Ноэль Кауэрд, английский драматург, композитор, актер и режиссер, отмечает в своем дневнике, что вместо спектакля увидел «оргии сценической фальши и вульгарного сценария... Одри Хепберн неопытна и слишком неумна, а спектакль в целом очень плохо поставлен».

Следующая работа Хепберн перечеркнула все рассуждения о ее неопытности. Ведь ею стали «Римские каникулы». Примечательно, что исполнитель главной роли Грегори Пек от¬стоял право написать имя Одри рядом со своим на афише фильма, предвидя, что за эту роль актриса получит «Оскар». Изначально планировалось указать имя Пека крупным шрифтом, а более мелко приписать имя никому еще неизвестной Одри Хепберн. Одри покорила сердца зрителей и впоследствии совершенно заслуженно получила свой «Оскар» за лучшую жен¬скую роль из рук Джина Хершолта.

Начало сотрудничества с американскими киностудиями было омрачено для Одри Хепберн тем фактом, что ее фамилия повторяла фамилию известной актрисы Кэтрин Хепберн. Сотрудники «Парамаунта» во время переговоров об участии Одри в «Римских каникулах» почти сразу предложили ей сменить фамилию, чтобы ее не путали с американской актрисой. Одри решительно отказалась: «Если вы хотите получить меня, вам придется взять меня вместе с моим именем». Забавный случай с фамилией сопутствовал и знакомству Одри с Юбером ди Живанши, который готовился к первой встрече с Кэтрин Хепберн (в его расписании была лишь фамилия) и с ужасом вспоминал все виденные ранее многочисленные недочеты в образе американки. Увидев грациозную и словно созданную для его нарядов Одри, Живанши буквально просиял.

В 1954 году Одри, уже известная актриса, не только снимается в кино, но и продолжает активно работать в театре. Знаменательным событием той поры становится роль русалки в пьесе «Ундина». Именно здесь, на театральных подмостках, ищущая семейного счастья Одри встречает свою судьбу. Актер Мел Феррер становится супругом Хепберн. Кстати, в день премьеры на Бродвее Феррер подарил актрисе ожерелье из настоящих морских водорослей. Этот подарок невероятно понравился Одри, которая всегда любила в людях изобретательность и оригинальность. Спустя шесть недель после вручения «Оскара» ей досталась премия «Тони» - бродвейский аналог «Оскара» за игру в театре в пьесе «Ундина».

Тогда же, в 1950-е годы, Одри становится иконой стиля, как некогда Грета Гарбо и Коко Шанель. Ее образу, называемому «gamine», что переводится как «мальчишеский, озорной», стремятся подражать многие модницы. В 1952 году подготовка к съемкам сводит Одри с модельером Юбером де Живанши, для которого она становится источником вдохновения - настоящей музой. Хепберн и Живанши были дружны много лет, ее экранный и сценический образ во многом придумал и создал этот великий модельер.

Следующим большим этапом в жизни знаменитости стала работа в фильме «Завтрак у Тиффани». После его выхода на экран мир получил еще один незабываемый, вечный образ, воплощенный Одри Хепберн.

В 1959 году выходит фильм «История монахини» режиссера Фреда Циннемана. «Всё, что я могу вам сказать, так это то, что любое сходство между сегодняшней Хепберн и Хепберн прежней совершенно случайно», - обронит Одри после премьеры. Примечательно, что в основе сюжета лежит реальная история Габриель ван дель Маль, дочери знаменитого хирурга из Бельгии. В 1927 году Габриель вступает в религиозный орден и принимает послушание под именем сестры Луки. Девушке приходится работать в психиатрической больнице, где на нее покушается один из пациентов. Затем она начинает изучать тропическую медицину и на девять лет отправляется в африканскую колонию. Во время войны сестра помогает раненым - и врагам, и союзникам - оправиться от ран. Сестра Лука разрывается между совестью и христианским долгом, снимает с себя монашеский сан и остается работать медсестрой.

«История монахини» - это история, в которой Хепберн как актриса раскрывается совершенно с новой стороны: она становится более вдумчивой, женственной, мастерство ее игры поражает. «История монахини» стала одним из самых кассовых фильмов всех времен.

Актер Гарри Купер, игравший вместе с Одри в фильме 1954 года «Любовь после полудня», однажды скажет: «Она была настолько уверена в том, что делает, что все отношения на экране выглядели настоящими. Одри никогда не жаловалась, что ей трудно или она устала. Она умела концентрироваться и была очень дисциплинированной. Когда возникла идея фильма "История монахини", и на съемки нужно было ехать в Африку, что было связано с большими трудностями, Одри с готовностью приняла предложение и сумела извлечь из этого опыта очень много пользы. "История монахини" была не похожа на все роли, которые Одри играла до того».

В 1964 году состоялась премьера мюзикла «Моя прекрасная леди», появление которого публика ждала с огромным интересом. Примечательно, что на Бродвее роль главной героини играла Джули Эндрюс. Одри Хепберн не хотела лишать Эндрюс по праву заслуженного заработка. Однако Эндрюс роль не предложили, выбрав кандидатками Хепберн и Элизабет Тейлор. В итоге роль досталась именно Одри. Интересно, что Одри исполняла в мюзикле все партии, но позже Марни Никсон, профессиональная певица, перепела все песни. Одри была в гневе от подобной несправедливости, открыто высказала свое недовольство по по¬воду этого случая и покинула студию. Вскоре она принесла свои извинения и продолжила работу как ни в чем не бывало.

Документальные записи с исполнением Одри хранятся в архивах и по сей день. Среди них: «Just You Wait» и «I Could Have Danced All Night». А Джули Эндрюс тем временем с успехом сыграла в фильме «Мэри Поппинс», за что и получила в 1965 году своего «Оскара».

Последние роли и кино

Карьера Хепберн начала клониться к закату в 1967 году. Долгое время она нигде не играла и лишь в 1976-м снялась с Шоном Коннери в карине «Робин и Мэриан». Актриса была уже не той юной девушкой, какой ее привыкли видеть, а зрелой женщиной. Фильм получил довольно средние оценки и не был принят зрителями, как предыдущие картины с участием Одри.

В 1979 году Одри сыграла в «Кровных узах» по роману Сидни Шелдона, автора, бывшего в то время на пике популярности. Увы, фильм оказался провальным - слишком уж скучным и незамысловатым был его сюжет.

«Они все смеялись» - последний фильм, где Одри снялась в главной роли. А в 1989 году актриса сыграла в фильме Стивена Спилберга под названием «Всегда». Ее роль была чисто символической: она играла ангела, встречавшего душу летчика (его играл Ричард Дрейфус) после того, как разбился его самолет. Спилберг искал на эту роль актрису, слава которой приближалась бы к мифу. И ею стала, конечно же, Одри Хепберн. Фраза из этой картины: «Не растрачивай свою душу на поступки, совершаемые ради себя самого, но только на то, что делается ради других», - стала своеобразным девизом всей жизни самой Одри.

Работа в ЮНИСЕФ

Завершив карьеру в кино, Одри становится Послом доброй воли в ЮНИСЕФ. Она и раньше сотрудничала с этой организацией, но карьера в кино не позволяла ей посвятить этому больше времени. Теперь, на закате жизни, Одри получила долгожданную возможность помогать детям в беднейших странах мира. Международный фонд помощи детям при ООН когда-то и самой Одри помог не умереть от голода, и вот теперь она была счастлива от того, что сможет помогать другим. Одри говорила на пяти языках: английском, французском, итальянском, испанском и голландском, - это существенно помогало ей в общении с людьми в разных странах мира.

В 1988 году состоялась ее первая поездка с благотворительными целями - в Эфиопию. Потом были Венесуэла, Судан, Турция, Сомали, Южная и Центральная Америка, Эквадор, Вьетнам, Бангладеш... Но эта, первая поездка оставила неизгладимый след в душе великой актрисы. Чудовищная жара, маленькие дети, тела которых напоминали скелеты, а взгляд не выражал никаких эмоций, - всё это не на шутку напугало Одри. «Я подумала обо всех тех годах, которые провела в Швейцарии и Италии, ухаживая за своими собственными детьми. И вот теперь я уехала из дому, и здесь передо мною сидят эти дети... и я так мало могу для них сделать». Она плакала, увидев беззащитных детей, которые еле стояли на ногах от голода. И она не могла смириться с мыслью, что во всем мире живут миллионы подобных детей. Ей было больно наблюдать за страшной реальностью, но она дала себе слово помогать. Одри никогда бы не смогла сама излечить этих детей, но у нее в руках было другое оружие. Она была любима и узнаваема во всем мире, она могла собирать средства, выискивая меценатов.

«Парадокс, но ведь все последние годы я сидела дома из-за детей. А вот теперь ради детей я путешествую по всему свету», - скажет однажды Одри Хепберн. В 1992 году президент США Джордж Буш вручил Хепберн почетную медаль за ее вклад в работу ЮНИСЕФ.




Яндекс.Метрика
Читайте отзывы покупателей и оценивайте качество магазина 9kingdom.ru на Яндекс.Маркете